Самый активный венчурный инвестор России Александр Румянцев дал интервью каналу «СТАРТАП ТЕХНОЛОГИИ»

Самый активный венчурный инвестор России Александр Румянцев дал интервью каналу «СТАРТАП ТЕХНОЛОГИИ»

Александр Румянцев вышел на рынок венчурных инвестиций в августе 2015 года. Ранее он занимался инвестициями на фондовом рынке. В общей сложности стаж инвестирования Александра Румянцева превышает 10 лет. Сегодня в портфеле инвестора более 50 стартапов. Александр Румянцев поделился своим видением рынка венчурных инвестиций в интервью с директором центра поддержки предпринимательства «Стартап технологии» Алексеем Шабловским.

— Александр, как Вы пришли в сферу венчурного инвестирования?

— На рынке инвестирования я уже более 10 лет. Ранее я занимался инвестированием в ценные бумаги: фондовый рынок, валютный рынок и международный рынок. В какой-то момент мне партнеры предложили выкупить мою долю компанию, и я с удовольствием на это согласился. И имея свободные финансовые средства, я решил часть пустить на венчурный рынок.

— Насколько я знаю, у Вас экзитов не было?

— Недавно был экзит. Один из проектов компании (проект Graptil) купил крупный игрок. Но, когда я писал свой финансовый план, я закладывал то, что у меня в портфеле будет не менее 80 компаний, поэтому проинвестировано сейчас более 50, и эту деятельность я не планирую останавливать, планирую ее продолжать. В целом, динамика достаточно хорошая, мне она нравится, и если говорить об оценке всего портфеля – он уже вырос в несколько раз. А оценивают следующим образом: когда инвесторы следующих раундов инвестируют те проекты, которые я инвестировал ранее.

— Вы говорили, что планируете проинвестировать порядка 3000 стартапов. Откуда берется такая, так скажем, уверенность, такие амбиции на этом рынке?

— В портфеле крупных игроков на американском рынке, например, более 500 стартапов, например, Y Combinator, у них в портфеле нескольких тысяч проектов, которые они проинвестировали. В целом, эту историю, я думаю, можно повторить и на российском рынке. Поэтому это – цель-максимум. Но для этого мне надо создать определенную воронку этих проектов, так как их на СНГ сейчас достаточно ограниченное количество: и в России, и в Беларуси их не так уж много. Хотя, мне кажется, в Беларуси больше, чем в России. В прошлом году на рынке России было всего лишь 180 венчурных сделок, для сравнения: на рынке США – более 50 000 сделок. Такое маленькое количество сделок не от того, что мало инвесторов, мало людей, которые хотят заниматься этой деятельностью, а, мне кажется, из-за того, что действительно очень мало проектов. Это такая боль, которая потихонечку решается, проектов становится все больше и больше.

— За счет чего, как Вы видите, происходит прирост количества стартапов в России?

— Мне кажется, за счет того, что этот рынок становится более доступным и правила работы на венчурном рынке узнает все больше и больше людей. На самом деле для того, чтобы создать market place, или приложение, или какую-то CRM-систему, нет необходимости использовать большую материальную базу. Для этого необходимо знать только основы программирования, должна быть хорошая идея и люди, у которых есть энергия, чтобы воплотить эту идею в жизнь.

— Вы считаете, что стартаперам сейчас стало проще начинать свой проект, нежели 5 лет назад?

— Конечно, проще. Сейчас для того, чтобы начать свой интернет-проект, не надо иметь каких-то глубоких навыков программирования, есть очень много конструкторов, которые ребята используют и создают какие-то сайты, проверяют гипотезы. И если эти гипотезы оказались верными, они уже могут привлекать профессиональную команду, программировать, создавать и т.д.

— Если все так достаточно просто, почему все-таки стартапов все еще мало? Вы говорили, что порядка 20.000 стартапов?

— Потому что плохо построена система информирования. И потихоньку это меняется. Люди не знают, что у них есть альтернатива, например, работе на заводе, это, например, создание какого-либо интернет-проекта.

— Есть ли какая-то разница в регионах в плотности стартапов?

— Самая большая концентрация стартапов – в Москве. Но в Москве они не из-за того, что москвичи делают стартапы, а потому что очень много людей приехало из регионов в Москву и пытается сделать какой-то технологичный IT-проект. Если Москву не берем, то на первом месте, мне кажется, Татарстан. На втором месте – Тюмень, Краснодарский край, в том числе в Сочи очень активно начали развивать технологичное предпринимательство. Стерлитамак, Уфа, Альметьевск. Потихонечку развитие, конечно, идет. Как мне кажется, не за горами, когда IT-предпринимательство начнет расти в России лавинообразно.

— Когда это произойдет?

— В ближайшие год – два.

— И что произойдет с рынком?

— Он увеличится в 10 раз. К 2020 году число IT-предпринимателей в России должно увеличиться в 10 раз. Если сейчас 20.000, то будет 200.000. Если для этого будет благоприятная среда, которая включает в себя информирование и бесплатные материалы, благодаря которым ребята смогут создавать технологичные IT-стартапы.

— Такой оптимизм не разделяется, мне кажется, теми, кто развивает эту тему на государственном уровне. Чем Вы это объясняете?

— Государство ведет определенную политику, оно тоже заинтересовано в том, чтобы создавались новые рабочие места в области сферы информационных технологий. И администрация некоторых регионов активно этому помогает, например, Тюмень или Татарстан. Есть ряд регионов, в которых всячески пытаются от этой работы уклониться.

— Какие это регионы?

— Мне кажется, что очень плохо это дело построено в Подмосковье. Например, в городе Звенигород я хотел открыть коворкинг, мало того, мы сделали ремонт в помещении, я инвестировал туда средства, но, когда мы начали разговаривать с администрацией на тему того, чтобы привлечь молодых ребят, которые могут быть заинтересованы в этом, проинформировать их, я не получил отклик от руководства города. Со временем мне пришлось этот проект заморозить и отложить, т.к. в других регионах более активно идут навстречу и помогают развитию.

— Можно ли сказать, что все зависит от конкретных лиц, которые либо оказывают поддержку, либо не оказывают? Государственная политика здесь дает сбой и упирается в человеческий фактор?

— Да, все зависит непосредственно от людей, это факт. Ведь есть люди, которые заинтересованы, а есть люди, которые заинтересованы в том, чтобы их не трогали на рабочем месте. «Делайте все, что угодно, только меня не трогайте!» — вот такая политика некоторых чиновников. И эта политика, конечно, не разрешает нам двигаться в том направлении, в котором бы мы хотели.

— Какие, на Ваш взгляд, удачные были у Вас инвестиции? Назовите несколько успешных проектов.

— Последний выход, который у меня был, это как раз проект Graptil: 17-летний школьник начал делать проект, связанный с кодированием объектов недвижимости и последующим размещением их на площадках, которые занимаются их продажей. Этим проектом заинтересовался крупный игрок и купил этот проект. Основатель начал дальше развивать это направление уже непосредственно внутри большой компании, которая занимается недвижимостью. Эта компания называется «Этажи».

— Александр, Вы приобрели долю 10% в проекте utverdil.ru. Почему именно десять процентов?

— Моя стратегия очень проста: я инвестирую в технологичные IT-проекты, покупая небольшую долю, потому что если выкупить долю большую, тогда, во-первых, у ребят не будет возможности привлекать следующие раунды, это будет значительно тяжелее. Во-вторых, у ребят, если, допустим, выкупить долю более 40%, теряется мотивация развивать свой проект.

— Что может заставить Вас приобрести большую долю?

— Я могу выкупить в любом из тех проектов, которые я проинвестировал, большую долю в том случае, если они показывают, например, взрывной рост по выручке или по клиентской базе, и им необходим следующий раунд. И я готов, в принципе, им этот раунд предоставить.

— Какие проекты на сегодняшний день у Вас в фокусе?

— Мой профиль – это технологичные IT-проекты. Интернет-проекты, в основном, я инвестирую. На что я с большим вниманием смотрю – это FinTech проекты, но не связанные с ICO, криптовалютами и т.д.

— Не верите в криптовалюты?

— Я в них верю. Просто сейчас этот рынок находится в серой зоне с юридической точки зрения, и это очень большие риски, поэтому я пока воздерживаюсь. Но за многими проектами я наблюдаю.

— Были ли у Вас откровенно неудачные проекты, в которые Вы вложились, но что-то пошло не так?

— Из 55 проектов, в которые я инвестировал, 15 уже закрылись. И я к этому отношусь совершенно спокойно, так как по моей финмодели из 10 закроется 8, такое бывает. Вот были смешные случаи: однажды мне очень понравился один проект, и я позвал своих аналитиков: «Вот, смотри, Сергей, очень классный проект. Основатель мне очень нравится, и команда у них хорошая. Нам надо почаще такие проекты находить. Вот ты запиши, посмотри». Далее уже прошли все юридические процедуры, договоры уже были подписаны, и я перевожу деньги. Через 2 дня мне нужно было позвонить основателю. Телефон мой заблокирован, на почту он не отвечает. Я перевел 700.000 рублей первый транш, и он вот так поступил. Конечно, это был некий урок для меня. В принципе, бывают и такие истории на венчурном рынке, не все так гладко. Но те 700.000, которые я перевел, я не потерял. Потом у меня получилось через свои каналы связаться и он мне их вернул через год или, может, полгода.

— Как Вы с этим живете, как справляетесь? Какие секретные методики применяете?

— Помогает семья. Если мы говорим про путешествия, то за прошлый год я посетил около 20 городов в одной России, связанных с IT. А семью, детей удалось взять, может быть, в 2 города. А когда едем на отдых, то только с семьей отдыхаю, конечно.

— Сколько Александр Румянцев зарабатывает в день, в месяц, в час?

— Я нисколько не зарабатываю. Во всех проектах, которыми я занимаюсь, я работаю без зарплаты.

— Что бы Вы посоветовали начинающим венчурным инвесторам, у которых, скажем, есть бизнес, они хотят попробовать инвестировать в IT, в стартапы. Как им начать этот процесс, с какой стороны подойти? Стоит ли отказаться от основного бизнеса? Или же продолжать его развивать?

— В свое время я определил конкретную сумму на то, чтобы попробовать себя на венчурном рынке. И я решил посоветоваться с профессионалом. Марвин Ляо, основатель 500 Startups, дал мне совет. И он мне сказал: «Есть у тебя вот такая сумма, и я думаю – вложу ее в два-три проекта. Ни в коем случае так не делай. Вложи минимум в 30 проектов». Я посидел, подумал. Действительно, если разбить небольшими кусками и дать многим проектам, это было бы более эффективно. По сути, моя стратегия называется «Посей и молись». Но некоторые инвесторы выбирают другую стратегию: они дают большие деньги и сами погружаются в проект, рассказывают, как ребятам надо делать front office, back office. Я ничего против такой модели инвестирования не имею, просто моя модель заключается в том, что я инвестирую в проект на проверку каких-то гипотез. Ребята эти гипотезы проверили, и либо этот проект растет, либо он дальше как-то развивается, они придумывают новые гипотезы, привлекают следующие раунды, других инвесторов. И во front office проекта я не вмешиваюсь, то есть я не говорю ребятам: «Вот, бери этого продажника, настраивайте продажи через эти каналы». Я говорю: «Ты, как основатель, должен самостоятельно принять решение и нести целиком и полностью ответственность за свой проект».

— Помогаете ли Вы основателю чем-либо кроме денег?

— Конечно, помогаю. В первую очередь, профессиональным back office. То есть, у меня есть юристы, финансисты, есть профессиональные журналисты в команде, которые помогают написать анонс для проекта, дать рекомендации.

— А что бы Вы посоветовали начинающим инвесторам? Как вырабатывать свою модель инвестирования в проекты?

— Начинающим инвесторам я бы порекомендовал следующее: определить сумму, которую они готовы инвестировать, поделить ее на несколько проектов и ездить на мероприятия, связанные со стартапами. Такие мероприятия, как, например, проводит Ваша компания. Я помню, побывав на некоторых таких мероприятиях, я был очень доволен именно качеством таких проектов и уже непосредственно в бою попробовал пообщаться со стартапами и получить благодаря этому некий опыт.

— Вы проинвестировали белорусский проект «Воблака». Расскажите, как дела у этого проекта?

— Это очень хороший проект. Я инвестировал в него, если не ошибаюсь, год назад. Проект мне показался достаточно перспективным. Инвестировал я в то, чтобы ребята проверили 5 или 7 гипотез. Они хотели выйти на российский рынок, еще на какой-то рынок, «допилить» свой продукт. Написали план и так далее. Но, к сожалению, некоторые гипотезы, которые они собирались проверить, были проверены, но не сработали. Они (авторы проекта – прим.) недавно приезжали в Россию выступать в конкурсе проектов Сколково, и, насколько я знаю, они там заняли 1 место, выиграли приз – 500.000 рублей, и уехали дальше развивать проект. Вообще, тема очень интересная, там талантливые основатели, проект мне в целом очень нравится. Если говорить про себя, вот сейчас, в 2018 году, в июне, стратегия у меня такая: я инвестирую чеком до 3 млн. рублей. Это первый транш. Если я проинвестировал в компанию первый транш, и она показывает взрывной рост, я готов привлекать свои средства или, например, средства каких-либо своих партнеров в этот проект.

— А чего не хватает, на Ваш взгляд, стартапам? В первую очередь их основателям?

— То, что я ищу в основателе: я инвестирую в первую очередь в команду – основной и самый важный ресурс – в людей, которые будут делать тот или иной проект. Стартап, вообще, что это такое? Это коммерческая организация, цель которой – получение прибыли с потенциалом многократного роста. И характеризуется маневренностью и быстротой принятия тех или иных решений. А в команде я ищу следующее: Первое – это любовь. Основатели должны любить свой проект. А второе: что такое любовь? Это готовность к жертве. Основатели не должны быть ленивыми – они должны брать и делать. И третье – основатели должны закрывать 80% потребностей проекта.

— Расскажите о своих масштабных социальных начинаниях, социальных проектах, таких, как «Венчурный акселератор». Что это за проект? Каковы его цели?

— Проект «Венчурный акселератор» – это проект, который бесплатно объясняет старшеклассникам и студентам правила работы на венчурном рынке, учит с нуля создавать технологичный IT-стартап и привлекать инвестиции. Этот проект я инвестировал два года назад. У него уже несколько раз случился пивот, и сейчас я сам решил в этот проект погрузиться, я сам стал исполнительным директором этого проекта, и непосредственно сам занимаюсь развитием этого проекта. На сегодняшний день 24.000 старшеклассников и студентов побывали на мотивационных вводных лекциях в таких городах как Тюмень, Сочи, Альметьевск, Стерлитамак, Ижевск. В ближайшее время планируем еще такие города как Зеленоград, подмосковный город, в котором администрация отнеслась очень положительно. Я очень надеюсь, что мы начнем сотрудничать со «Стартап технологиями» и со временем проведем это мероприятие в Минске. Для меня это очень важный проект. Это огромная воронка по созданию новых IT-стартапов. Интересный проект, называется «Как правильно» (kakprav.com) – сервис для изучения русского языка и литературы. Молодой человек из города Альметьевск сделал этот проект, у него сейчас около 3.000 пользователей, он зарабатывает и потихонечку развивает этот проект.

— Александр, Вы являетесь венчурным инвестором, т.е. человеком, который считает деньги и который стремится зарабатывать больше. В то же время Вы вкладываетесь, инвестируете в такие социальные проекты. Как это все-таки увязывается, почему Вы это делаете?

— На сегодняшний день в России 20.000 IT-предпринимателей. Если посчитать всех тех, кого я знаю лично или мы вели переписку, я думаю, это уже за несколько тысяч точно перевалило. В связи с этим я могу сказать, что рынок очень ограничен. И если не будет взрывного роста, тогда мне придется свою деятельность свернуть. А чтобы был взрывной рост, нам необходимо старшеклассникам и студентам объяснить правила работы на венчурном рынке, научить их с нуля создавать IT-стартапы и привлекать инвестиции. Если бы я не проинвестировал этот проект, фактически, мне пришлось бы уезжать на другие рынки, так как сделали многие другие инвесторы в России: они поработали на этом рынке, поняли, что они весь его «прошерстили». Новые стартапы они создавать не хотят, поэтому уезжают на рынок Америки, например, и работают там.

— А почему Вы не хотите уехать туда, где может быть лучше, как считается?

— «Где родился, там и пригодился». Я очень люблю свой город, я родился в Москве, вырос в Москве и никуда уезжать из Москвы я пока не планировал. Надеюсь, что не будет таких условий, из-за которых мне придется куда-либо уезжать.

— Недавно завершилось мероприятие «InnoWeek», оно проходило в Тюмени. Сырьевая столица – Тюмень – стала центром инноваций, стартапов. Как так произошло?

— Только благодаря поддержке регионального начальства, то есть там на очень высоком уровне люди заинтересованы в том, чтобы развивать технологичное предпринимательство. И благодаря этому далекая Тюмень стала №1 – благодаря руководству региона.

— Если какой-то из руководителей региона захочет развивать инновации, предпринимательство в своем родном регионе, как ему это сделать, с чего начать?

— Например, начать сотрудничество с бизнес-инкубатором. Могут прийти на бизнес-стажировку Высшей школы экономики, где чиновникам, государственным служащим объясняют правила работы на венчурном рынке. Или, например, провести у себя внутри региона «Венчурный акселератор».

— Стоит ли обращаться в традиционный венчурный акселератор?

— Акселераторы, конечно, помогают. Некоторые. А некоторые не помогают.

— Александр, хочу Вас поблагодарить за это интервью. Вы уделили много времени, я понимаю, что оно на вес золота, у Вас масса дел. Хотел бы Вас пригласить к нам на мероприятие, в Минск, на «Стартап года», принять участие, посмотреть, как в Беларуси развивается стартап-движение. Буду очень рад Вас видеть!

— Я Беларусь очень люблю, так как у меня корни семьи из Беларуси, и могу сказать, что я с удовольствием туда приезжаю. И обязательно приеду к вам на мероприятие.

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваш комментарий будет опубликован в течение 24 часов.

Стартап технологии